Сергей Владимирович просыпается в теле молодого учителя в советской деревне 1979 года — с похмелья, с двумя маленькими сыновьями и с ясной памятью о том, как всё кончится. Он знает: скоро развалится Союз, сгинет зарплата, старший сын станет наркоманом и зарежет отца за пенсию. Знание будущего — не дар, а приговор. Нельзя предотвратить Чернобыль, не пустят на стратегический объект.

Нельзя просто кричать о грядущем — упекут в дурку, детей заберут в детдом. Остаётся одно: вырастить сыновей иначе, выстроить хозяйство, подготовиться к лихим годам — не героем, а деревенским учителем, который вяжет на спицах жены и прячет в подвал иностранный коньяк на чёрный день. Каждый его шаг — мелкий, едва заметный: клубника на новом огороде, кролики в клетках, по одному солдатику в день для мальчишек. Но за каждым шагом — ставка, от которой кружится голова: успеет ли переломить чужую судьбу, прежде чем наступит его собственный конец.