Она сорвала с униформы Избранной значок и швырнула в железную грудь бога. В который раз уже — и в который раз тот отскочил в траву, немигающим взглядом смотрел бронзовый лик. Клод, некогда наставник, а ныне павший бог в обломках промышленной революции, отказывался идти на уступки. Она должна была вернуться в Крэйстан, в тело бывшей невесты, брошенной у алтаря, и за неделю совратить мага, который, по мнению небес, являлся её истинной любовью. Она знала лишь одно удачное совращение за всю жизнь, и то заняло шесть лет. Теперь же ей предстояло играть роль падшей женщины, возвращающейся с мольбой к тому, кого сама отвергла, — и всё это под бдительным взглядом Алисы, бывшей Избранной, которая тащила её по заброшенным коридорам храма, завязывала маску на лице и пихала в празднующую толпу Сеттердайна.

Дробь — так звали её в Центре, и это имя отзывалось в ней с иронией, которую она не испытывала к себе прежде. Она не героиня, не защитница сирых, не маг в расцвете сил. У неё нет магии, нет статуса лэй, нет ни одного из тех преимуществ, которыми щеголяют иные Избранные. Есть только острое чувство абсурда, навык уходить от ответственности и способность оказываться в неправильном месте в неправильное время. Она не верит в предназначение, не верит в любовь с первого взгляда, не верит, что мужчина, которого она должна соблазнить, вообще способен на нечто, кроме холодного расчёта. Но она верит в свои права — и в то, что история, которую ей состряпали, достойна лучшего сценария....