Надежда решила, что медсестру звать поздно, и потащилась в душевую сама. Старые тапочки скользнули по мокрой плитке, тело перевернулось в воздухе, и лоб встретился с полом. Вместо больничного коридора — зал с троном, золотые ризы священника, королева в обилии золота и мужчина, который не пошевелился, когда Надежда впечаталась в него лбом. Её собственные волосы вдруг стали длинными и светлыми, а тело — чужим. Священник нацепил ей на руку браслет, объявил мужем и женой, и кучер бросил обоих в грязь у забитого особняка. Надежда подняла с земли камень, когда муж смотрел на неё сальным взглядом, но кони внезапно ржанули, карета понеслась к обрыву, а в грязи остался кошель, чей ремень был аккуратно срезан.

Надежда Петровна прожила сорок лет врачом в паллиативном отделении, привыкла к смертям и отросшим корням, к сменам без сна и к тому, что её тело подводило. Теперь она в чужом мире в чужом теле, с мужем, который моргает вместо слов, и с магией, которая материализуется в виде кота с жёлтыми глазами. Она умеет разделять эмоции и работу, умеет замечать болезнь по взгляду, но не умеет молчать — болтает с немым, шутит с парализованным, целует в щеку перед уходом в деревню. Её новое тело врёт ей гормонами, щёки краснеют, руки тянутся к чужим волосам, а разум сопротивляется. Она хочет жить, потому что впервые за годы может ходить без стенки, дышать полной грудью, сажать цветы, которые не погибнут от забытого полива....