Василина проснулась спустя полгода после аварии, и первое, что она увидела — собственные руки, покрытые сеткой шрамов. Память вернулась кусками: желтый спорткар, мужчина, который тащил её из машины, встречный свет фар. Она выжила, но мир, в котором она была женой, матерью, живым человеком, исчез. Никто не пришёл за ней. Ни муж, ни отец, ни приёмная мать. Полиция решила, что за рулём была она сама, и закрыла дело. А тот, кто устроил аварию, сгорел в пламени.

Рядом оказался Вазген — мужчина, который случайно проехал мимо разбитой машины и не смог проехать дальше. Он сидел у её кровати днями, рассказывал о горной родине, о старой яблоне тёти, которая цветёт, несмотря ни на что, надевал на неё шапку с заячьими ушками и помогал снова хотеть жить. Василина молчала неделями, отвернувшись к стене, пока его голос не просочился сквозь ледяное равнодушие. Она не просила о помощи и не благодарила. Просто однажды спросила о птицах за окном....