Мирослав потерял покой. Упырь, носивший его прежнее имя, оставил под пепелищем дома алхимика послание из лаванды и бархатцев — насмешку над мёртвой женщиной и угрозу, которую нельзя оставить без ответа. Но Дарён скользок, как мокрый лёд: ни техника взора, ни старые ритуалы не цепляют его след. Юноша вынужден выдумывать новое — вести поиск из диковинных трав, вербены и омелы, — лишь чтобы наконец упереться в невзрачную избу с выломанной дверью и подполом, полным ловушек.

Он привык быть тем, кто всё контролирует: бывший князь, переживший смерть, алхимик, чья сила — в расчёте и точности. Но в Бориславле приходится действовать вслепую, маскируясь под заурядного ученика, полагаясь на кольцо четвёртого ранга и выдуманное поручение. Мирослав ненавидит эту беспомощность. Ещё сильнее ненавидит то, что упырь знает его — настоящего, из прошлой жизни, — и пользуется этим знанием, словно ножом....